АПОЛОГИЯ

ОБЩЕЕ БУДУЩЕЕ ИЛИ...	СУБЪЕКТНОСТЬ РОССИИ	СВОБОДА
Мировая гражданская война	Нация временщиков	Новейший лексикон

№ 5 (5) 07.2005

О ЖУРНАЛЕ

ПОСЛЕДНИЙ НОМЕР

Поиск

Андрей Быстрицкий
Жизненно необходимое разнообразие

Летом как-то глупо быть уж совсем серьезным, тем более что способность к некоторому легкомыслию, несомненно, полезна в жизни – хотя бы для того, чтобы суметь отвлечься, пускай и ненадолго, от того тоскливого факта, что все мы, увы, не очень-то умны и дурно, как правило, распоряжаемся своей собственной жизнью, не говоря уж о делах, касающихся и других. >>

Михаил Афанасьев
Эффективное государство: стратегия для потребителей

Дефицит общественного доверия – главный, корневой изъян российской жизни, определяющий слабость наших публичных институтов. Приспосабливаемся мы к «дефициту общественности» двумя традиционными способами: с одной стороны, через неформальные связи клиентелизма и «блата»; а с другой – с помощью «государственнической» психологии, то есть привычки валить всю ответственность за исправление негодного социального бытия на начальство. Привычный абсолютизм власти и столь же привычные неформальные «связи» подданных определяют дуальную природу российского порядка и те полюса, между которыми издавна кружит российская политика. При ослаблении властной вертикали частные клиентелы разбухают до масштабов политического феодализма. Укрепление же государства оборачивается расширенным воспроизводством чиновного многоначалия. Неудивительно, что для ускорений и реформ в России почти всегда нужны были чрезвычайные меры, а само ускорение не переходило в устойчивое развитие. Ведь для устойчивого развития требуются не публичные порки, а публичные институты, в том числе важнейший из них – неразорительное для общества, эффективное государство. >>

Дмитрий Зеленин
Эффективность работы бюрократической машины определяют люди

Давайте для начала вспомним, что бюрократия сама по себе означает структурированность государственной власти, ее стабильность. Бюрократический институт является совершенно необходимым для устойчивого развития любого государства и становления системности власти. >>

Есть ли в России бюрократия? Круглый стол

Модест Колеров
Непризнанная жизнь

Постсоветские непризнанные государства (государства де-факто: Приднестровская Молдавская республика, Абхазия, Южная Осетия, Нагорно-Карабахская республика) по странному недоразумению часто называют «самопровозглашенными». Как будто среди крупнейших государств мира есть не «самопровозглашенные». Проблемы этих государств следует рассматривать не только в контексте бывшего СССР с его конфликтами, но и в контексте всего посткоммунистического Балканско-Черноморско-Кавказского региона. >>

Людмила Харченко
Галичина – terra incognita

Галичина - это часть территории Западной Украины, которая включает в себя три области: Львовскую, Ивано-Франковскую и Тернопольскую. Российским гражданам Галичина наиболее известна своими антирусскими настроениями. И, естественно, все знают, что идеологическо-культурной столицей этой «страны в стране» является Львов, город, который иностранцы называют «маленьким Парижем» и в который президент Российской Федерации Владимир Путин отказался ехать по той причине, что в нем есть улица, носящая имя Джохара Дудаева. >>

Егор Холмогоров
Бог как субъект истории

Тот факт, что Бог является субъектом истории, представляется очевидным любому, кто придерживается теоцентрического мировоззрения. А вот дальше начинаются разногласия. Является ли Бог единственным подлинным субъектом истории, как то предполагают сторонники идеи полного предопределения? Или же Бог самый могущественный, но не единственный ее субъект, как понимают дело те, кто предполагает частичную или полную свободу сотворенных существ. Находится ли история в центре божественного «интереса» и божественной «практики», как это несомненно для тех, кто верит в единственность нашего мира и уникальное место человека? Или же наша незначительная история находится где-то на периферии мироздания? Наконец, вмешивается ли Бог в историю непосредственно? >>

Андрей Цуканов
Национальный проект vs национальный распад

Со времени «оранжевой революции» в Киеве прошло уже более полугода, однако острота украинского синдрома в России нисколько не притупилась за это время. Различные группы и группировки российского политического класса, разрабатывая украинскую тему, ставят перед собой разные цели. Одним важно во что бы то ни стало доказать, что ни к чему позитивному такие революции не приводят. Другие хотели бы «вернуть» Украину. Но они сами не понимают, куда, собственно, они хотят ее вернуть – в СССР, которого уже не существует? В СНГ, который разваливается на глазах? В виртуальный проект некой новой российской империи, о которой известно только то, что она – империя? Третьи, наконец, хотели бы просто «не пустить» Украину на Запад, то есть – в ЕС и в НАТО. >>

Анатолий Круглашов
После Майдана

Основной вопрос развития нынешней Украины состоит в том, удастся ли новой власти продемонстрировать большую эффективность своей деятельности по сравнению с властью предыдущей, окажутся ли оправданными ожидания тех граждан Украины, которые отдали свои голоса, силы и энергию Виктору Ющенко. И сторонников, и противников нового политического курса интересует одно и то же: выдержит ли команда нового президента испытание полнотой власти и ответственности за судьбы страны? От ответов на эти вопросы зависят и итоги парламентских выборов 2006 года, и благополучие граждан Украины, и дальнейшее развитие политических и социально-экономических процессов на постсоветском пространстве. Ожидания общества очень высоки, равно как и возможности его разочарования, и последующего отказа от поддержки новой власти. >>

Ольга Афанасьева
«Великий и могучий» в Украине

Всякий раз как Украина подходит к выборам – парламентским или президентским – там принимаются обсуждать положение и судьбу русского языка. Эти многолетние дискуссии принесли большую пользу многим украинским политикам, но никакой пользы русскому языку. Призывы поднять официальный статус русского языка, сделать его вторым государственным языком Украины превратились в политический ритуал, который с каждым годом теряет искренность и энергию, но по-прежнему позволяет снимать электоральный урожай. На самом деле законодательное закрепление украинско-русского двуязычия с соответствующим изменением Конституции Украины не входили и не входят в реальную повестку дня украинского политикума. >>

Олег Куприянов
Ловушка управляемости

Опытный политик В. Ленин, конечно, был прав, увидев в кинематографе важнейшее из искусств. И дело не только в недоступности печатной агитации, газет и журналов для неграмотного населения. Занимая одновременно и слух и зрение человека, кино, как и телевидение, минимизирует возможность критического восприятия. Экран обладает гипнотическим эффектом внушения, навязывая готовые суждения, создает псевдореальность и псевдоопыт. Сродни дурному сну, который приходится смотреть, внимать, быть полностью ангажированным, независимо от своего желания. >>

Андрей Левкин
Границы медиавлияния: фаст-мифы

Прежде чем определять границы влияния, следует уточнить векторы, по которым такое влияние может распространяться: до неких его границ. Утилитарное перечисление вариантов. >>

Сергей Маркедонов
Терроризм

>«О терроризме написано несметное количество работ, казалось бы, этот феномен изучен уже вдоль и поперек, и тем не менее, в нем есть что-то зловеще-загадочное, как бы иррациональное, до конца не понятное» [1]. Со словами известного российского востоковеда Георгия Мирского трудно не согласиться применительно не только к рассмотрению терроризма как теоретико-методологической проблемы, но и к анализу российских «case studies» постсоветского периода. >>

Юрий Солозобов
Русские на том свете

Существует ли История как наука? Если да, то историк менее всего изучает прошлое. Он не постигает останки бытия так же строго, как, например, химик исследует свойства неживого вещества. История – это скорее алхимия. Как говорится, лженаука. Ведь «настоящая наука» в принципе не может заниматься тем, чего попросту не существует. В отличие от естествоиспытателя историк имеет дело не с фактами, но скорее с неосязаемыми воспоминаниями. Как писал Робин Джордж Коллингвуд, «естественный процесс – процесс событий; исторический процесс – процесс мыслей». >>

Кирилл Зубков
Божий мир без Бога

Анализировать фактор Бога как субъекта истории чрезвычайно сложно как с позиции веры в Бога, так и с позиции атеизма, то есть веры в Его отсутствие. Всякий произносящий: «Бог есть субъект истории», – подразумевает: «Бога нет». История по определению – «наука о людях во времени» ; Бог же находится вне рамок времени, хотя бы по той причине, что является его Творцом (И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один ). Аналогия с человеком, находящимся в процессе творчества, здесь неуместна: с христианской точки зрения и человек-творец, и продукт его творчества равно являются тварями Божьими, а качество творческого продукта определяется исключительно степенью достоверности отражения человеком-творцом замысла Бога-Творца – с помощью творческого продукта. >>

Кирилл Кобрин
ЕВРОПЕЙСКИЙ КАЛЕНДАРЬ (июль 2005 г.)

Июль – традиционное для Европы время отпусков, предотъездных хлопот, разговоров «на дорожку». История, кажется, тоже делает себе некоторую «передышку»: завершаются многообещающие государственные карьеры, царствования, подводятся итоги разрушительных войн. При этом, естественно, не надо забывать, что окончание одного есть в то же время начало другого: июль – не только финал, но и старт. >>

Виталий Куренной
Война и медиа

В прошлое или, вернее сказать, в потенциальное состояние уходит та форма войны, которая возникла в результате Великой французской революции. С некоторыми модификациями, определяемыми развитием технологий, эта форма просуществовала вплоть до последней мировой войны и нашла свое продолжение в логике военных доктрин, определявших наращивание военного противостояния во время «холодной войны». Характер этой войны эпохи «модерна» определялся рядом политических, социальных и культурно-технологических факторов, сформировавшихся в разное время и быстро изменявшихся во второй половине XX века. >>

Сеймур Мартин Липсет
Размышления о легитимности

Одни говорят о важности экономического развития для долговечности либеральной демократии. Другие утверждают, что культурные изменения зачастую служат необходимой составляющей успеха либеральной демократии. Но особое значение для политических институтов и решающее значение для демократии имеет еще одна составляющая – легитимность. >>

Игорь Малов
Медиа-лето-2005: business only?

Пожалуй, я сразу начну с вывода: те многочисленные события, которые не дали этим летом медиабаронам предаться своевременному отдыху, не были связаны исключительно со стартом предвыборной кампании и не обусловливались – даже «во-первых» – желанием Кремля подмять под себя всю свободную прессу. >>

® Ежемесячный гуманитарный журнал "Апология", 2005. Свидетельство о регистрации в Федеральной службе по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного населения РФ: ПИ № Ф77-19911 от 13 апреля 2005 года. При полном или частичном использовании материалов, ссылка на журнал "Апология" обязательна.
Почта редакции: Apologia2005@yandex.ru. Техническое сопровождение: Дирекция информационных технологий ВГТРК.